Эвридика

Музыкальный руководитель Метрополитен Опера Янник Незе-Сеген уверен, что театры должны ставить больше современных опер, и успешно проводит эту политику. Первой премьерой сезона в Мет стал «Огонь в душе моей», второй – «Эвридика»; два современных сочинения подряд! «Эвридика» написана американским композитором-вундеркиндом – ему всего 31 год – Мэтью Окойном на либретто маститого драматурга Сары Руль. В новом прочтении мифа отношения Эвридики с умершим отцом не менее важны, чем отношения с мужем – поэтом, певцом и музыкантом Орфеем, пытающимся вернуть любимую из царства мёртвых. Трагический финал известен: Орфей нарушает уговор с Аидом – не оглядываться до возвращения в царство живых. В версии Сары Руль Эвридика возвращается к отцу, где заново умирает вместе с ним.

Музыка Окойна укоренена в классике, цитирует и аккорды Верди из «Реквиема», и мотивы барочной оперы. В ней можно услышать отзвуки Бриттена и Прокофьева, а три Камня, охраняющие вход в аид, очень напоминают Трех Дам из «Волшебной флейты» Моцарта или Пинга, Панга и Понга из «Турандот» Пуччини. Но перед нами не компиляция известных мотивов, но яркая, своеборазная, современная партитура с насыщенным звучанием оркестра и хора и сольными партиями, требующими большого диапазона и мастерства. Превосходная сопрано Эрин Морли – Эвридика фактически стала соавтором этой оперы: композитор дописывал музыку с учетом особенностей её голоса. Точная находка авторов оперы – разделить Орфея на двух персонажей: музыканта и его музыку, которая занимает мысли настолько сильно, что Эвридика начинает ревновать мужа к его творчеству. Дуэт баритона (Джошуа Хопкинс) и его альтер эго-контратенора (Якуб Юзеф Орлиньски исполняет еще и акробатические танцы) – один из самых завораживающих моментов оперы, как и встреча Эвридики с ее отцом.

Действие происходит в неопределенное время, но начинается на вполне узнаваемой счастливой земле, а продолжается во вполне узнаваемом подземном царстве. Там бесчинствуют имеющий свои виды а Эвридику демон Аид (тенор Барри Бэнкс) и его свита. Режиссер Мэри Циммерман говорит, что для первой постановки не надо переосмыслять текст, лучше внятно изложить его. Сочетание небанальности и доступности, классики и современного звучания – блестящие черты как музыки «Эвридики», так и её сценического воплощения.